Dassie2001 (dassie2001) wrote,
Dassie2001
dassie2001

305. Александр Квасьневский, 7 июля 2001 года, Едвабне.

Немного по просьбе трудящихся и к слову
(в связи с разными завихрениями и прочими танцами вокруг нашего не всегда великого прошлого).

Наверное, многие слышали о Едвабне – польском местечке, где в июле 1941 года местные жители-поляки загнали в сарай несколько сотен своих соседей-евреев и сожгли их. Когда дело около десяти лет назад вышло на явь (начиная с книжки Яна Томаша Гросса «Соседи» и завершая быстро проведенным расследованием Института национальной памяти) и когда как раз подошла 60-я годовщина преступления, в Едвабне поставили памятник и там же состоялась торжественная траурная церемония, на которой выступил президент Польши Александр Квасьневский. Вот его речь. (Перевод мой и огрехи тоже мои - переводил почти онлайн, а набор слов оказался сложнее обычного политического лексикона, но я старался.)



Речь президента Польши Александра Квасьневского на траурной церемонии в Едвабне 7 июля 2001 года.

Уважаемый господин посол Израиля, уважаемый раввин Бакер, уважаемые представители еврейских объединений, уважаемые епископы из Польши и из заграницы, уважаемый господин бургомистр, уважаемые жители Едвабне, дорогие господа, соотечественники!

Шестьдесят лет назад, 10 июля 1941 года на этой земле, захваченной и оккупированной тогда гитлеровской Германией, было совершено преступление против евреев. Это был страшный день. День ненависти и жестокости. Мы многое знаем о преступлении, хотя еще не все, и, быть может, всей правды не узнаем никогда. Однако, это не удержало нас прибыть сегодня сюда, чтобы говорить во весь голос. Мы знаем досточно много, чтобы опираться на правду – перед болью, криками и страданиями тех, кто был здесь убит, перед присутствующими здесь семьями жертв, перед судом своей совести.


Это было преступление - и ему нет оправдания. Среди жертв, среди сожженных живыми были женщины, были дети. Ужасающий крик людей, запертых в сарае и сжигаемых, постоянно гложет память тех, кто был свидетелем преступления. Жертвы были бессильными и беззащитными. У преступников было ощущение безнаказанности, ведь немцы подстрекали их к таким действиям.

Мы знаем наверняка, что среди притеснителей и палачей были поляки. У нас не может быть сомнений – тут в Едвабне граждане Речи Посполитой погибли от рук других граждан Речи Посполитой. Люди – людям, соседи – соседям уготовили такую судьбу.

Уважаемые господа!

Тогда – шестьдесят лет назад – Польшу хотели стереть с карты Европы. В Едвабне не было польской власти. Польское государство не было в состоянии защитить своих граждан от убийства, совершенного с разрешения гитлеровцев и при их подстрекательстве. Но ведь Речь Посполитая должна была оставаться в польских сердцах и мыслях. И ее граждан обязывало, должно было обязывать соблюдение норм цивилизованного государства с многовековыми традициями толерантности и сосуществования в согласии разных наций и религий. Те, кто участвовали в гонениях, били, убивали, разжигали огонь – они совершили преступление не только против своих еврейских соседей. Они виновны и перед Речью Посполитой, перед ее великой историей и ее прекрасными традициями.

Уважаемые собравшиеся!

Народ – это сообщество. Сообщество индивидуумов, сообщество поколений. Поэтому мы должны смотреть правде в лицо. Всякой правде. И сказать – так было, так случилось. Наша совесть будет чиста, если в память о тех днях мы навсегда сохраним в сердцах негодование и моральное возмущение. Мы собрались тут, чтобы сообща подвести жизненные итоги. Чтобы почтить память жертв и сказать – никогда больше. Давайте все станем сегодня жителями Едвабне, почувствуем себя ими! Останемся с ними в общем ощущении скорби, отчаяния, стыда и солидарности. Ведь Каин мог убить Авеля в любом месте. И на каждое общество могло бы выпасть подобное испытание. Испытание злом, но и добром. Подлостью, но и благородством.

Мы стоим на несчастной земле. Название «Едвабне» волей трагичного для его нынешних жителей предначертания судьбы стало символом, вызывающим в людской памяти демонов братоубийства. В «эпоху печей» суеверные предубеждения распалились до убийственного огня ненависти и антисемитизма не только в Едвабне. За смерть, за беды и страдания евреев из Едвабне, а также из Радзилова и из других мест, за все те горестные события, бросающие мрачную тень на историю Польши, ответственность несут виновники и их вдохновители. Нельзя говорить о коллективной ответственности, возлагающей вину на весь народ или на жителей какой-либо местности. Каждый человек отвечает только за собственные действия. Сыновья не наследуют вину отцов.

Но можем ли мы сказать – это было давно, это сделали другие?

Праведником является тот, кто умеет проявить милосердие перед лицом людского страдания. И как много поляков – в том числе жителей окрестных мест, даже из Едвабне, - заслужили называться праведниками! Сегодня мы вспоминаем их всех с глубочайшей благодарностью и глубочайшим уважением.

Уважаемые господа!

Благодаря широкому народному обсуждению этого преступления 1941 года многое изменилось в нашей жизни и в нашем сознании 2001 года, первого года нового тысячелетия. Сегодняшняя Польша отважилась посмотреть в глаза правде о кошмаре, омрачившем один из разделов ее истории. Мы осознали ответственность за свое отношение к черным страницам прошлого. Мы поняли, какую плохую услугу оказывают своему народу те, кто призывает отречься от этого прошлого. Такой подход ведет к моральному самоуничтожению. Мы, собравшиеся здесь, вместе со всеми людьми нашей страны с чуткой совестью, вместе со светскими и церковными моральными авторитетами, укрепляющими в нас приверженность базовым ценностям, - мы сегодня чтим память убитых и выражаем глубочайшее сожаление по поводу никчемности виновников этого убийства. Мы выражаем нашу боль и стыд, даем выход своей решимости в стремлении узнать всю правду, выражаем непоколебимое стремление к согласию и миру. Из-за этого преступления мы должны молить о прощении тени умерших и их семьи, каждого пострадавшего.

И сегодня я, как человек и гражданин, как президент Речи Посполитой Польши, прошу прощения. Прощу прощения от своего имени и от имени тех поляков, совесть которых всколыхнуло это преступление. От имени тех, кто считает, что нельзя гордиться величием польской истории, не чувствуя одновременно боли и стыда за зло, которое поляки причинили другим.

Уважаемые собравшиеся!

Я от всего сердца желаю, чтобы название этого города не напоминало лишь о преступлении, а стало бы великим знаком оценки человеческих поступков и стало бы местом примирения. 27 мая польские епископы молились «за всех тех, кто питает неприязнь и обиды к еврейскому народу, чтобы на их сердца снизошла милость перемен». Эти слова выражают чувства огромного большинства поляков. Так пусть наступит та перемена! Будем стараться добиться этого! Трагедии, которая тут разыгралась, не отменить. Зла не замазать, страданий не забыть. Правда о том, что произошло, не исправит содеянного, у правды нет такой мощи. Но только она – только правда, самая жгучая и болезненная, - позволит очистить рану памяти. В этом наша надежда, за этим мы тут собрались. Сегодня мы произносим слова боли, горечи и покаяния не только потому, что того требует обычная человеческая порядочность. И не потому, что этого ждут от нас другие, не потому, что эти слова принесут удовлетворение убитым, не потому, что нас слушает весь мир. Мы произносим эти слова потому, что именно так себя чувствуем. Такие слова больше всего нужны нам самим! И мы делаем это, чтобы стать лучше, морально сильнее, чтобы освободиться от предубеждений, злости и ненависти.

Мы произносим эти слова, чтобы уважать человека и любить людей.
Чтобы зло обратить в добро.

(Александр Квасьневский,
Едвабне, 7 июля 2001 года.)

Оригинал:

http://www.diapozytyw.pl/pl/site/szoach/jedwabne_prezydent
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 55 comments